…Мир без солнца. Гиблое место. Затухающая жизнь от радиации и химического отравления. Именно об этом предупреждали нас раньше разные авторитетные ученые. Они говорили, что однажды Земля погибнет в руках человечества став «игрушкой». А люди как не смыслящие дети учинили войну, они загадили планету. В итоге в 2075 году планета Земля представляла себя безжизненную планету, окутанную сумраком и снегом. Почти все живое вымерло, а то что осталось боролось за жизнь как могло. Ядерная зима беспощадна и бесконечна. Над головой не было солнца. Там были лишь темные густые облака из которых время от времени шел радиоактивный снег. Сириус впервые выбрался из своего бункера спустя полгода отсидки.
Как давно он не был на поверхности, все время сидел в темных казематах бункера, ел армейские пайки и мечтал о прошлом, вспоминал о солнце ярком и нестерпимо теплом. Иногда лежа на своем матрасе он видел во сне те удивительные цветные сны о лете, когда он был ребенком, шел где-то в густой траве по лугу, с высоты на него смотрело доброе солнце. Небо было тогда высоким и чисто синим. Теперь все это ушло, кануло в небытие, ядерная война, а затем и катастрофа всех остановившихся атомных станций, химических заводов дополнили масштаб картины катастрофы. Люди уже не управляли землей, они прятались в «норах» как звери. Они напоминали пещерных людей, которые боялись окружающего мира, и совсем не контролировали ситуацию в мире.
Сейчас в 2075 году все повторилось. Цивилизация людей прекратила свое существование. Лишь горстка людей разных стран в разных уголках планеты прятались в бункерах, защитных сооружений, доживая свои деньки, осознавая, что когда запасы еды кончатся, будущего не будет у потомков. Больше не будет людей. Его будут населять отныне радиоактивные тараканы, мутировавшие крысы и другие животные, которые смогли все же выжить в таком мире перемен.
– Как же тихо… – прошептал Сириус, сделав пару шагов по скрипучему снегу. На нем был одет радиоактивный костюм, лицо скрывал противогаз. Сквозь запотевшие окуляры он взглянул вверх, там было низкое, мрачное небо, затянутое однородными облаками. Ни солнца, ни звезд нельзя было уже увидеть. Все осталось во снах и воспоминаниях выживших.
Воздух пробирал морозцем, как бывает сибирской зимой, когда жизнь замирает в ожидании весны. Только весны в данной момент нельзя было уже дождаться. Мертвые ветки деревьев устремлены были в небосвод, агония смерти завершилась еще раньше, полгода назад. Сейчас все было тихо и спокойно, как на кладбище.
– Сириус, как ты? Что там наверху? – голос из рации начал доноситься после непродолжительного тарахтения.
– Ничего особенного… – немного уныло ответил человек. – Все без изменений. Без надежд.
– Не забывай про ковчег. Его нужно найти. Тогда у нас есть шанс выбраться из этого гиблого места.
– Рон, не думаю, что здесь что-то можно найти. Тонны снега запорошили все кругом. В сугробах очень трудно отыскать что-либо, даже наш корабль.
Рация замолчала на какое-то время. Было слышно, как шумит поднебесный ветер, гоня тучи куда-то на запад.
– Ты предлагаешь бездействовать что ли? Я тебя не понимаю, откуда столько лени? – голос друга по несчастью убеждал его в том, что не все потерянно для них в мире без солнца бесконечной ядерной тихой зимы.
– Нет… Я ничего не предлагаю. – буркнул Сириус, – Я реалист просто. Тут с лопатой надо ходить и чистить все кругом, искать то что спрятал снег.
– В следующий раз пойдем вдвоем. Я не могу терпеть пессимистов. – Рон кидался уже обвинениями в адрес своего бывшего командира. За время проживания в одиночестве без цивилизации они перестали быть военными, забыли про такие слова как субординация.
Через минут десять, походив по глубокому снегу, Сириус вернулся обратно ко входу в бункер.
– Я вернулся. Отворяй!
Дверь заскрипела. Зеленый индикатор вспыхнул на электронном замке. Человек начал спускать вниз по лестнице. Звук шагов гулко уносился вверх.
– Что там наверху? – допытывался с порога Рон.
– Ничего. Там все умерло. Мир утопает в снегу, который излучает радиацию и не тает.
От этих слов даже приуныл и Рон, глядя на физиономию лейтенанта. Когда-то они служили в космических войсках на границе самой огромной страны, той что поднималась исполином из глубины веков. Однако не было больше ни той страны, ни людей, живущих в ней. Все погибли в ядерном огне, а те, кто уцелели просто на просто не пережили ядерную зиму.
– Я скучаю по голубому небу… По солнцу. – с болью в голосе вдруг произнес Сириус. Полгода прячась в бункере, он в душе почему-то надеялся выбраться однажды из бункера и увидеть глубокое синее бездонное небо, вдохнуть в легкие новую весну планеты. Мечты всегда прекрасны, но зачастую они обречены остаться навсегда лишь фантазией и навязчивой идее о счастье.
– Я тоже скучаю. Кстати… – тут Рон замолчал, запнувшись на последнем слове.
– Что ты хотел сказать?
– Лейтенант, у нас почти не осталось провизии. Я как повар отвечающий за запасы нашего бункера вам сейчас это сообщаю.
– Сколько еще продержимся…? – лицо Сириуса стало каменным.
– Не знаю, неделю может чуть больше. Именно потому я говорю о том, что корабль нам нужно найти. Ковчег с родным триколором должен быть совсем рядом, стоять на пусковой установке. Это же Россия! Здесь в этой стране родине космонавтики есть то, чего нет у других.
– Я подумаю над этим... Хотя повторюсь ничего не слышал об этом по нашей базе. – зевнув ответил военный, пройдя мимо своего подчиненного. Затем он бухнулся на матрас. Здесь в бункере было все до боли узнаваемо: тусклые лампы, низкие потолки, переходы, лестницы, пункт управления запусками ракетами. Люди знали каждую трещинку, каждый уголок своей цитадели.
Сириус недолго лежал на матрасе. Сон навалился на него почти сразу же. Там во сне он жмурился от солнца опять. На душе было легко, он не думал над тем как выжить.
***
На следующий день после совещания Сириус и Рон решили выдвинуться вместе на поверхность. Надежда найти ковчег оставалась еще. Поднимаясь по лестнице Рон вдруг спросил лейтенанта:
– Как думаешь много людей прячется сейчас в бункерах? Ведь где-то же сидят такие же как мы, которые надеются пережить зиму.
– Я думаю, таких достаточно много, как наших, так и американцев, которые любители строить бункеры на случай такого Апокалипсиса.
Мужчины выбрались наверх. Пейзаж был печальным. Тихая и безмолвная зима окружала их. Едва уловимый ветер дыхнул холодом на людей.
– Куда пойдем? – спросил у Сириуса повар.
– Будем придерживаться плана. По нашим предположениям секретная пусковая установка должна находится, в километре отсюда на восток. Где-то тут примерно… – лейтенант космических войск тыкнул пальцем в карту, что развернул в руках. И почему работая раньше на этом объекте правительство сокрыло информацию даже от его сотрудников местонахождения секретных объектов? Делалось это тогда в целях безопасности. Каждый специалист знал идеально только свой объект, другие знать ему было не положено. Таким образом каждый по отдельности военный даже став шпионом или перебежав на сторону врага, не смог бы поведать ничего ценного противнику. Сириус расчехлил лыжи. Пристегнул ремнями ноги к лыжням и взял палочки. Подчиненный последовал его примеру.
– Ну что готов? – спросил он повара.
– Да, – кивнул второй.
В вечных сумерках по белым просторам они начали свое движение. Снег медленно кружился и падал на землю. Иногда лейтенанту казалось, что это зима прошлого, что он на обычной прогулке катается на лыжах. Обернувшись куда-нибудь назад он мог увидеть огни вечернего города, окутанного одеялом зимы. Только неестественно хмурое небо выдавало, что это лишь мираж, призрак прошлого.
Кто-то темным силуэтом мелькнул впереди в сумраке. Люди остановились. Прислушивались к звукам, но все было тихо.
– Там кто-то есть… – негромко сказал напарнику Сириус, оборачиваясь назад.
– Наверное зверь какой-то выживший после ядерной зимы.
Еще подождав немного, военные двинулись дальше. Копны снега прикрывали сооружения военного комплекса. Снег вихрями закрутился местами, метели сформировали эту белую пустыню.
– Если мы найдем ковчег, то сможем улететь на Марс? – опять вопрошал Рон.
– Я был летчиком, смогу управиться с этой штукой. Единственное остается надеяться, что на Марсе не было такой же войны. Возможно, там остались города под куполами, населенные жизнью. Впереди появились очертания чего-то высокого и большого. Снег не смог полностью окутать это строение, лишь у фундамента обложил пластами белых хлопьев. Военные остановились, некоторые время всматривались в это здание.
– Думаешь, это оно? Ангар ковчега? – Сириус решил спросить мнения своего подчиненного.
– Не знаю, лейтенант. Возможно. Я в этом не разбираюсь сильно. Я всего лишь военный повар,
умеющий готовить полевую кухню и работать с верным «калашом». На этом мои познания заканчиваются… – ответил Рон.
– Ладно, Рон. Пошли вперед. Надо найти вход внутрь. Я понял ты ничего не знаешь о космосе и космической отрасли, – мужчина улыбнулся, но эту улыбку нельзя было увидеть под противогазом. Прошло долгих двадцать минут, прежде чем они дважды обошли кругом это строение, дверь оказалась припорошенной снегом. Рон дернул ее за ручку, было закрыто.
– Отойди в сторону, Рон, – приказал лейтенант, доставая «калаш». Прицелился и выстрелил прямо в замок. Гулкий выстрел разорвал тишину вечной зимы. Что-то хрустнуло, и дверь оказалась приоткрытой. Точным выстрелом военный выстрелил в замочную скважину.
– Вперед. – отворяя дверь произнес Сириус. Внутри было темно и также холодно, как и снаружи.
– А ведь мы даже не уверенны, что ковчег проекта «К звездам» существует на нашей базе… – многозначительно сказал Рон.
– Рон, я тебе поражаюсь. Полгода ты убеждал меня, что ждать не стоит, что нужно найти корабль и улететь с этой мертвой планеты. А теперь ты сам сомневаешься в этом? Как это понимать? – с легкой иронией произнес командир, снимая лыжи. Внутри не было снега. Сириус пошарил светом фонарика в темноте. Массивные конструкции каких-то агрегатов, накрытые чехлами стояли в пыли и забвении. Люди прошли дальше. Лейтенант обнаружил лестницу, ведущую наверх, стал подниматься по ней. В итоге они очутились на втором этаже. Здесь не было никаких комнат, был один большой ангар в центре которого красовался полусферический объект.
– Нашли кажется… – вздохнул с облегчением человек, всматриваясь в густой сумрак. Шаги по бетону отдавались гулко.
– Это то что я думаю, Сириус? – спросил Рун своего командира.
– Да это он. Один из первых прототипов ковчегов для полета к другим планетамв частности к Марсу и Луне.
Лейтенант определенно знал, что делать. Сначала он подошел к пульту управления, что стоял в конце ангара у северной стены. Покрытая пылью панель кнопок и экранов казалось нерабочей. Сириус нажал пару кнопок. Появился свет. Вспыхнули кнопки панели управления, из экрана мягко проступила синева.
– Кажется Рун, сегодня мы летим к звездам! Летим на Марс. – военный улыбался, в глазах под окулярами видна была надежда.
– Это здорово! – как ребенок восхитился повар.
***
Самое захватывающее и волнующее началось, когда они уже погрузились в корабль, сидели в мягких креслах. Через стекла иллюминаторов видели, как над головой развезлись «лепестки» секретного ангара. Низкое небо проступало из сумрака.
– Готов? – спросил Сириус своего напарника.
– Конечно. – улыбка играла на лице мужчины.
– Тогда вперед к звездам! – Лейтенант нажал ручку запуска, пробежался пальцами по сенсорной панели. Ковчег проекта «К звездам» взвыл своим ядерным реактором. Ощущалась нарастающая дрожь. Корабль вздрогнул и начал стремительно подниматься вверх рассекая свечным носом пустоту и падающий вниз снег. Небо стремительно приближалось. Потом стало темно, клубы вечной влаги замелькали за окнами. Яркий свет ослепил людей чуть позже, когда они поднялись над клубами вечных ядерных облаков. Это было солнце. Нестерпимо яркое оно обожгло взгляды людей. – Солнце… – вздохнул облегченно пилот.
– Невероятно! А посмотри на космос. Там звезды! – восхищался как ребенок, Рун. Удивление и радость была на лицах мужчин. Они до слез не верили, что смогут увидеть еще раз солнце и звезды. Вселенная не изменилась, она осталась такой же, как и раньше. Другой стала лишь Земля, которую загубили люди. И только двум людям удалось вырваться с умирающей планеты, увидеть светило еще раз, которое они запомнили с самого детства…

(с) Ларионов Андрей Николаевич
(Кемерово. 2014).